?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Все началось с желания пересчитать все эти арки, выйти на минутку из душного вагона и пересчитать.

Любопытство, и только.

И однажды, неожиданно для самой себя, она задумчиво проговорила вслух:

-Интересно, все-таки, а сколько же там их?
-Кого? – тут же отозвался курьер.

-Арок, - смутившись, призналась она, - сколько арок на Маяке? Мне почему-то так интересно это узнать!

-И давно? – поинтересовался Квейк, взглянув на нее поверх очков. - Давно тебя тянет арки пересчитывать? И с чего вдруг?

-Езжу мимо Маяка, смотрю в окно: арки, которые никуда не ведут, Белый камень, у которого назначают свидания. – Неохотно пояснила она. - Вот и стало интересно, почему так много арок, и сколько их всего.

-Опасные симптомы! – с притворной строгостью констатировал Квейк, - «Синдром навязчивых состояний».

-А чем это опасно? – заинтересовалась секретарша Люся.

-Вначале пересчитаешь арки, потом начнешь считать пуговки, или кнопки лифта, и покоя тебе не будет, пока все не пересчитаешь… - Квейк откинулся на спинку стула и поднял очки на лоб. - Дед мне рассказывал, у них в клинике девочка была, так она разговаривать не начинала, пока все горошки на платьице не пересчитает. Тогда в моде была ткань в горошек… - и Квейк ударился в воспоминания.

Как всегда, в таком случае, лицо его покрылось легким румянцем, а в голосе затрепетало едва неуловимое чувственное волнение. Он говорил красиво и доходчиво. Все репортеры замерли на своих местах, боясь пропустить хоть слово, и начисто забыв о Маяке.

…Квейк любил рассказывать о своих предках, о том, что появился на свет благодаря DOS-атаке на ЖЖ: «Мой прапрадед так соскучился по своей виртуальной собеседнице, что вышел в реал и поехал искать ее в Приморье, так они и поженились…».

С этой фразы начинались многие байки Квейка. Хотя точно никто в редакции не знал, о какой именно атаке шла речь, об атаке 2017 или 2011, или даже 2032 года, или той, что вошла в историю, как Последняя, с которой и начиналась «Эра архивов».



Репортеры как-то решили выяснить точный год, но только больше запутались, застопорившись на цифре 2017: Паниковский орал, что это год революции Каддафи, а Иосиф уверял, что это Октябрьская революция. По всему выходило, что Квейку не менее 120 лет, а это уж полный бред, как не крути. Плюнули, пошли к Квейку за разъяснениями. Но он лишь больше их запутал, задав всего один вопрос: «Почему годовщина Октябрьской революции отмечалась 7 ноября?».

Вот с Квейком всегда так.

Он мог озадачить любого рассказчика, поставить с ног на голову любой постулат, подвергнуть критике любое заявление. Вопросы Квейка, обкатанные в офисе за чашкой кофе, часто попадали на страницы их журнала. За отгадку полагался солидный приз.

-Ужас какой! – не выдержала рыженькая Люся, когда Квейк закончил историю, - Я про вашего прадеда, Квейк! Это же надо! ехать на край земли из-за отсутствия связи…

-Он же не на каторгу! – усмехнулся Квейк, - Зато Байкал увидел, масштабы государства оценил… Это ведь не Ломоносов за обозом…

-«Ломоносом за обозом!» - с наслаждением повторила черненькая Одри, - это игра слов? Как «заруби по носу»?

-Одри, от вас этот вопрос звучит неожиданно. – Признался Квейк, глядя на нее поверх очков. - Вы же уверяли, что закончили университет…

-А какая связь между универом и вашим ломоносом? – огрызнулась Одри.

-А это вы нам завтра и расскажите, правда? – усмехнулся Квейк.
-О, да, конечно, - Одри была готова провалиться сквозь землю.

-А я знаю, - ехидно подал голос репортер Паниковский и послал Одри воздушный поцелуй. Одри в ответ презрительно скривилась.
-Да у нас завтра будет целый семинар! – радостно подытожил Квейк, - Я записал Вас, Паниковский!

-Я рад буду блеснуть моими знаниями, - отозвался Паниковский.

-И зубами, - еле слышно добавила секретарша Люся…

Редакция жила своей обычной жизнью.

***
Чтение вслух было выделено отдельным пунктом договора аренды.

Агент изумленно крякнул и вылупился на квартирную хозяйку, а затем и на квартирантку, но обе дамы, древняя и юная, поспешно подписали контракт и удалились.

С первой же минуты они нашли общий язык и зажили, как тетушка с племянницей. Вечерами за круглым столом под оранжевым абажуром они пили чай и беседовали, затем выбирали книгу… Высохшая, как богомол, мадам в глухом сером платье до пят поглаживала белого кота и внимательно слушала, как она читает.

Затем мадам играла Шопена на старинном рояле, а ей казалось, что время законсервировано в этой огромной квартире, в бесконечных томах книг, которые теперь она сможет прочесть. Она упивалась заранее каждой новой историей и завидовала самой себе наперед.

***
Их журнал назывался «Плотник».

«Хлеба и чего-то от скуки!»- таким был лозунг десятилетия. И «Плотник» давал пищу для ума и разгонял скуку. Выходила электронная версия и версия рассылки, и даже бумажный вариант – самый дорогой. Конкурентами были толстый иллюстрированный «Морж», «Крокодил», да несколько изданий помельче.

Раньше всех в редакции появлялся Квейк, как всегда в поношенном джинсовом костюме и голубой сорочке, чисто выбритый и довольный.
Поговаривали, что ночами он посещает подпольные аукционы, на которых можно было приобрести старые архивы и книги. Квейк не скрывал своей страсти к мемуарам на любых носителях, добавляя, что его коллекция началась еще в детстве с томика Плутарха, найденного на помойке. Услышав это впервые, курьеры расхохотались: «Нашелся же псих, способный выбросить книгу! Целое состояние на свалке!» - но Квейк лишь посоветовал им прочесть «Хищные вещи века» Братьев Стругацких. И курьеры повиновались, Квейк мог провести экзамен и уволить. В штат «Плотника» отбирали не по наличию диплома, а по литературным предпочтениям кандидата, а главное – по умению читать.

Чуть позже появлялись репортеры. Кто-нибудь из них непременно задавал Квейку дежурный вопрос:

-Ну, как прошла «охота»?
-Эх, ребята! Горше всего прикупить два туза на мизере или банальную «четырку», - признавался Квейк.

А это значило, что нынче ночью выбор был скудный. Высоко ценились семейные хроники, мемуары, кулинарные рецепты и забавные байки. Но ознакомиться с содержанием можно было лишь после свершения сделки.

Квейк вычислял «четырку» за две минуты. Коллекционеры его боготворили, барыги-перекупщики опасались. Это дивное умение восхищало окружающих и обросло толстой коростой слухов.

Но она знала правду из первоисточника: В юности Квейк купил несколько «четырок».

Из любопытства пролистал и заметил странную особенность пустышек: все записи подразделялись на четыре точки зрения, словно о правилах жизни рассуждали четыре персоны. Легендарный дед подкинул Квейку замечательную идею: «4 стороны света, 4 океана, 4 танкиста и собака, 4 стихии, 4 карточные масти…».

Квейк уцепился за слово «масти» - все персоны имели разный окрас, отличались по стилю и поведению.

Он не жалел ни времени, ни сил: собрал биографии персон-пророчиц и даже узнал, что о них были сняты фильмы.

«Четыре четырки: две – растопырки, одна – вертун, одна – молчун» - подытожил Квейк и принялся копать дальше. Странные персоны считались красотками, и Квейк начал искать книги о красоте.

Она знала, где найти эти книги, знала шкаф, стеллаж и полку в библиотеке мадам. Она позвонила по его объявлению, и в тот же день к ним на чашку чая приехал высокий рыжеволосый мужчина по имени Квейк. Так они и познакомились. Квейк не только нашел нужную книгу, но и очаровал пожилую даму.

-Помните, мой милый, я всегда Вам рада, - прощаясь призналась мадам.
-«Я же бывший алкоголик, матерщинник и крамольник» - пошутил Квейк и пообещал заглядывать на огонек.

С теми самыми «четырками» Квейк и явился однажды в редакцию «Плотника».

…Вскоре по сети пронеслось сенсационное: «Евангелистки эпохи нарастания потребностей». Сколько же всего там было понаверчено! И мистика, и религия, и даже исторические ошибки политиков. В самом конце вся философская пена сдувалась, и разность взглядов персон-пророчиц низводилась до их масти – цвета волос. А далее предлагалось делить внешность по временам года. Каждому сезону полагались свои цвета и оттенки и т.д. и т.п.

В тексте были опечатки: дамы наименовались то «апостолицы», то «опостылицы».

Статья наделала много шума. Дочь шеф-редактора, Вера Верн, указанная автором, мгновенно стала считаться экспертом моды, стилистом, и историком. Невидимая, она воцарилась на страницах глянцевых журналов, велеречиво рассуждая о том, как маскировать большие бедра и узкие губы, и барышни всего мира внимали ее советам-приказам.

А Квейк стал редактором «Плотника».

Он тут же сообщил мадам, что хочет взять на работу ее «племянницу». И вскоре все в редакции вытвердили, как «Символ веры», что новенькая сотрудница пунктуальна, исполнительна, усидчива и преданна Квейку до самоотречения.

***
Она проезжала мимо Маяка дважды в день, и это было особым знаком.

Каждый день она собиралась пересчитать арки. Но не было сил выходить, покидая теплое место на жесткой скамье общественного транспорта, разрывая пополам долгую дорогу домой. Она старалась не смотреть в окно, чтобы не замечать изгибы радуг-арок за пыльным стеклом, она отворачивалась, или утыкалась в журнальчик соседа, пробегая глазами сплетни о знаменитостях, десятки раз за день проговоренные сладчайшими голосами городских репродукторов, и уже вызубренные назубок, точно коричневая шелуха магнитофонной ленты крутилась у нее в голове…

Наконец, она отложила мысль об арках, как новую нижнюю юбку откладывают в дальний ящик комода, в расчете на новое платье, и особый повод нарядиться безупречно, чтобы светиться изнутри, проступая румянцем сквозь нежный оттенок № 6 «Персиковый» пудры с названием балета о несчастной утопленнице.

***
К шести часам вечера редакция пустела.

Лишь они с Квейком оставались на своих местах.

Она выполняла его поручения или просто качала музыку из Сети (в доме мадам был лишь простенький цветной тв и старинный телефон с дисковым номеронабирателем). Иногда Квейк показывал ей картинки уже несуществующих островов и замков, или даже делился своими сокровищами: «Хотите прочесть байку из «Сказок Кузи»?». И она окуналась в чужую неведомую жизнь.

-Понравилось? – спрашивал Квейк, - Вот хочу завтра опубликовать…
-Меняем заголовок? – интересовалась она, заранее зная, что он ответит…

Квейк был дотошен в этом вопросе – цитировал все, до последней точки. Непременно указывал имя автора и название архива.

Так она и узнала, что у редактора были свои любимые архивы: «Капли», «Мумрик», «Хандехох», «Коала», «Маленький светлячок», и многотонные «Два скворца» – семейные хроники начатые матерью семейства, затем продолженные сыном-актером и дочерью-художницей. Был еще филологический архив «Зеленая лампа», из которого она не поняла и десятой части.

Квейк считал неведомых авторов собеседниками, звал их дружески, по именам: «Андрюша», «Давид», «Лидочка», "Эрик"… Они незримо присутствовали в редакции, вызывая раздражение у шеф-редактора. Верн пытался давить на Квейка, орал и топал ногами. Из-за закрытых дубовых дверей доносилось: «Мертвые души!» - «Вечно живые!». Всякий раз толстопузый Верн уступал, вспомнив, что гонорар всем этим «соавторам» не полагается.

-И при этом они нас кормят! – Неизменно напоминал ему Квейк.
-Вы еще «доску почета» сделайте! – Предложил Верн после очередного скандала.
-Отличная мысль! – Откликнулся Квейк.
И на следующий же день стены офиса были украшены портретами «соавторов». Особо выделялась белокурая задумчивая дама с сигаретой в руке - «Талочка», как назвал ее Квейк.

Девушки из «машбюро» битый час изучали портрет и затем набросились на Квейка:

- На что вам эта мумия?!...
-Я за ней охотился 2 года! Представляете? Как фокстерьер за лисой, носился по перекупщикам, выискивал, нервничал… заставила она поволноваться! - признался Квейк.
-А вот мы с Одри весь вечер не знали куда податься! – Осуждающе сообщила Люся, и все барышни гордо удалились в «машбюро».

-А как вы о Талочке узнали? – спросила она, когда они с Квейком остались наедине.
-По комментариям, оставленным ею в других архивах. Иногда одной фразы достаточно, чтобы все понять… Знаете, занятное наблюдение, почти все мои соавторы были знакомы и общались между собой. - Квейк подмигнул ей, ловко поднял стул на дыбы, да так и оставил его на двух задних ножках.

-Осторожнее! – в сотенный раз за день попросила она. – Вы упадете!
-Вот еще! – отмахнулся Квейк и продолжил рассказ, ни мало не смущаясь своим шатким положением. – Представьте, купил! Вскрыл! А там… - Квейк развел руками, - ни единого слова!
-Как?! – поразилась она.
-А так! Только кошки.
-Кошки?! – Повторила она за Квейком, не поверив своим ушам.

-Представьте, кошки всех видов и мастей. Кошки на фотографиях и портретах. Кошки на детских рисунках и батальных полотнах. Кошки на гравюрах и фресках. Жанровые картины всевозможных эпох, на которых притаились сотни мурлык. – Квейк наслаждался произведенным эффектом.
-Как такое может быть? – с ужасом спросила она.
-Она вела несколько архивов одновременно. – Шепотом сказал Квейк и рассмеялся.
-И куда вы дели кошек?

-Вывесил в свободный доступ. Они и сейчас выскакивают в первой десятке по запросу – «история костюма». А я стал рыть дальше. Несколько раз натыкался на «санитаров сети» - “СС”.
-Эс, Эс? – переспросила она.
-О, эти гаже «четырок»! - Квейк скривился. - Дивизия «Мертвая голова»…
-Почему «мертвая»?
-Представьте, архив: сотни записей, море картинок, литературные обзоры. – Квейк закатил глаза и обрушил стул на четыре ноги. - Эх, ты ж мать честная! «Обзоры»! ни одной своей мысли, только переписывание чужого, плагиат и компиляции!

-А зачем такие архивы?
-А черт их знает, - пожал плечами Квейк. – На их фоне моя Сладкая N была еще желаннее. Я слышал, что она знавала Набокова, записывала за Чеховым, переписывалась с Чуковским… - Квейк вновь начал гарцевать на стуле.

-Слушайте, какая же она древняя! И как она всех этих людей ухитрилась застать?
-Вероятно, уже тогда практиковали лечебный анабиоз. – Предположил Квейк. – А годы… Годы важны лишь для андрогинов и клонов, чтобы не помереть, как овечка Долли … Главное, я нашел ее!

***
…Как-то раз, роясь в библиотеке, она сделала открытие: на некоторых полках книги стояли в два ряда - мадам простодушно прятала раритетные издания и книги с поврежденными переплетами. Она пролистала первую книгу без обложки, тут же принялась читать… Очнулась лишь на последней странице. Подумать только, героиня ждала возлюбленного целые годы, а он не возвращался!
Пришлось расспрашивать мадам.

-Да, да! Припоминаю: она ждала много лет, насмешки окружающих ее не трогали. И еще пряжу пряла… - добавила мадам неуверенно, - Или вышивала? Все забыла! Там фигурировала какая-то особенная ткань или нить… Увы, я не помню.

-А как ее звали?

-Вот все из головы вон! – мадам сокрушенно всплеснула руками. – Но главное! она его никогда не видела.

По редакционной привычке она все записала в блокнот (Квейк категорически запретил диктофоны).

-Она была хороша собой?

-Да, красивая, с вьющимися длинными волосами. – Неожиданно вспомнила мадам.
-Наши красотки из «машбюро» ждать не стали бы, - с грустью изрекла она.
-Давно хочу спросить Вас: а зачем их в редакции держат?
-Они наговаривают сладкими голосами тексты для тех, кто не хочет читать.
-Что Вы говорите? Есть и звуковая версия «Плотника»? – искренне изумилась мадам. – Как же я отстала от жизни…

-Можно выбрать любую интерпретацию: кино, песня, графика, нежный шепот под звуки природы…

Девочки из «машбюро» ежедневно получают записи от Квейка, он сам все проверяет, чтобы звучало идеально.

-Какой он все-таки молодец! – восхитилась мадам. – Редкий человек!
Они помолчали, каждая о своем.
-Я не поняла, почему та девушка продолжала ждать? – вновь спросила она.
-Ей знак был, что за ней однажды придет ее суженый, и она терпеливо ждала. – Объяснила мадам.
-Кто придет?
-Суженый, - мадам улыбнулась, - тот, кто назначен самой судьбой.

Той же ночью она решила, что книга – это знак, и нужно ждать суженого. И Маяк – самое подходящее место.

***
У Белого камня было принято назначать свидания. Здесь начинались пешие экскурсии для туристов.
Стоял теплый летний вечер. Цветочница раскладывала на витрине свои букеты. У газетного киоска курили два парня.

-Пью коньяк! – Похвастался газетчик Фред, отхлебывая из здоровенной фляжки.
-Иди ты! – не поверил Стив. – На какие бабки?
-Показываю шоу провинциалам. - Гордо сообщил Фред. - Завидишь туриста, и давай ему нашептывать, что ты – шаман и все такое. Он рот разинет, а ты расписываешь, что в 18-03, ну самое позднее в 18-05 появится толстяк с одышкой и потребует «Гроздья клубники»… - Фред щелкнул пальцами.

В ту же минуту на платформе появился грузный лысеющий человек в дорогом льняном одеянии, плотно облепившем его рыхлое тело.

-Как обычно, - осклабился толстяк, протягивая газетчику деньги.
-Берег для вас! – с поклоном принял купюру Фред, - Говорят, «Чума на палочке»! Вскрывать в общественных местах запрещено!
-Беру! – Толстяк сыто облизнулся и подмигнул парням.

-Эх ты, торговец похотью! – Ухмыльнулся Стив, когда толстяк отошел.
-Еще какой! – гордо кивнул Фред, - А куда денешься? жизнь дорожает. Смотри дальше! В 18-22 примчится бабка на чертовой тележке и спросит «Биржевой листок»…
-Не верю. – Усмехнулся Стив.
-Сколько на твоих?
-18-21 – сообщил Стив и тут же вжался в прилавок Фреда, освобождая место блестящей тележке с кокетливо приподнятым лобовым стеклом.

В тележке, на красном плюшевом кресле, опутанном мишурой, бусами и гирляндами ярких цветов, полулежала старуха в розовом купальнике с пышной цигейковой оторочкой на бедрах. Голый сморщенный живот был украшен блестками.

-Мне «биржевой листок»! – Рявкнула бабка и улыбнулась пухлыми губами.
-Не мерзнете, фрау? Сегодня прохладно… - попытался пошутить Фред.
-Красота требует… – оскалилась бабка вставными зубами.
-Вы правы, – кивнул Фред, протягивая ей газету и сдачу.

Пока бабка пересчитывала деньги, Фред незаметно приподнял гирлянду пластиковых цветов, показав Стиву гибкие шланги мочеприемника.

-Тьфу ты, старая калоша! – вытер пот Стив, когда тележка скрылась из виду.
-И не говори! – согласился газетчик, - Бабка гоняет, как Шумахер! Задавит, и не заметит! И самое поганое, ей ничего не будет…
-Как это? - Изумился Стив, - Она же меня чуть не сбила своим утюгом!
-Читайте прессу! – Протокольным голосом отозвался Фред. - Все дети того «циститного» поколения признаны инвалидами от рождения. Я их зову «поколение пи-пи»! - Добавил Фред, и они оба засмеялись.

-А сейчас Куколка захочет промочить горло. – Пообещал газетчик.

Цветочница, действительно, тут же достала серебристую фляжку в виде грелки и скрылась за прилавком в поисках стакана.
-Фантастика! – прошептал Стив.
-А потом ты делаешь так, – Фред зажмурился и растопырил пальцы. - Я чувствую, сейчас появится женщина, в нежном шелковом платье, у нее белые перчатки, и светлые локоны… - Он говорил торжественно, нараспев. - Придет она ровно в половину седьмого, без опозданий, и уйдет через 17 минут.

-А если не придет? – не выдержал Стив.
-Значит, плохой ты пророк! – Фред засунул рука в карманы и презрительно сплюнул.
-А если платье другое наденет? – не унимался Стив.

Газетчик молча указал ему на Белый камень, к которому приближалась незнакомка в белом.

Продолжение следует…

Comments

( 28 comments — Leave a comment )
(Screened comment)
serebryakovaa
Apr. 28th, 2011 11:16 am (UTC)
Говорят, то что написано пером, сбывается, пытаюсь увековечить...

И "Лампа", и Вы;)))
lidiamp
Apr. 28th, 2011 11:27 am (UTC)
Вот это да! Вот это сюрприз! Вернее, целый каскад сюрпризов:))
Аида, это замечательно!
С нетерпением жду продолжения.
serebryakovaa
Apr. 28th, 2011 11:47 am (UTC)
Вывешиваю продолжение. Надеюсь, Вы узнали себя и наших друзей;)))
lidiamp
Apr. 28th, 2011 12:01 pm (UTC)
Ну конечно!
Я потому и сказала о каскаде сюрпризов:) Сам по себе жанр, в котором вы в этот раз предстали - уже сюрприз, неожиданность, а внутри ваше "Свидание" - как булочка с изюмом:) Изюминки-сюрпризы так и сыпятся: Давид, Лидочка, Зелёная Лампа, Капли...
serebryakovaa
Apr. 28th, 2011 12:04 pm (UTC)
Уже висит окончание.

Когда-то давно начала писать этот рассказ, подражая Кортасару...
lidiamp
Apr. 28th, 2011 12:38 pm (UTC)
Ага, уже читаю:)
serebryakovaa
Apr. 28th, 2011 01:19 pm (UTC)
Спасибо)
tamara_borisova
Apr. 28th, 2011 01:10 pm (UTC)
Правильно, в переработку их - на мёд... :))))
serebryakovaa
Apr. 28th, 2011 01:16 pm (UTC)
Вы про "четырок"?;)
tamara_borisova
Apr. 28th, 2011 01:22 pm (UTC)
Я уже сказала у себя - переработать на оригинальный контент стиральщиков оригинального контента - вот высшая справедливость... :)))))))))))))
serebryakovaa
Apr. 28th, 2011 01:24 pm (UTC)
делаю вывод, что Вам понравилось мое подражание;)
tamara_borisova
Apr. 28th, 2011 01:28 pm (UTC)
Ага.

Особенно в свете того, что мне всегда больше нравились и нравятся позитивные ответы на негативные события. :)
serebryakovaa
Apr. 28th, 2011 01:30 pm (UTC)
Значит, позитив все-таки ощущается? хотя кому-то оттяпали голову...
koshkodil
Apr. 28th, 2011 05:54 pm (UTC)
Интересно: придет или нет? :))))
serebryakovaa
Apr. 28th, 2011 06:06 pm (UTC)
нужно читать)))
mumrik_snussi
Apr. 28th, 2011 07:24 pm (UTC)
Спасибо) На одном дыхании)
serebryakovaa
Apr. 28th, 2011 07:34 pm (UTC)
Это тебе спасибо)))
natabelu1
Apr. 29th, 2011 09:19 am (UTC)
нет! я франц не узнаю себя!)
serebryakovaa
Apr. 29th, 2011 10:09 am (UTC)
Как жаль, что Вы не дочитали до самого конца...



Вы пытались остановить неразумную героиню, потому как наперед знали, что ее ждет...
sveltione
Apr. 30th, 2011 08:33 am (UTC)
Не отрываясь, не дыша,
меж кочек-точек,
узнавая,
за мыслью Вашею, спеша,
за строчкой строчку
я читаю.

Замечательно! Есть продолжение?! Бегу!
serebryakovaa
Apr. 30th, 2011 08:45 am (UTC)
Спасибо за замечательные стихи! Я рада)
feen_morgana
Apr. 30th, 2011 09:03 pm (UTC)
Только одно скажу, моя дорогая - НАСЛАЖДЕНИЕ!!! Спасибо, пошла продолжение читать.
serebryakovaa
May. 1st, 2011 12:43 pm (UTC)
Рада слышать)
2shpakovskiy
May. 1st, 2011 06:17 pm (UTC)
Два скворца - это про моих:)))) Спасибо, Аида!
serebryakovaa
May. 1st, 2011 06:19 pm (UTC)
Точнее - про твой жжурнал. Архивы - это и жжурналы в частности.

тут все имена - совершенно конкретные люди. А вот Кузенька себя не признала;)
(Deleted comment)
serebryakovaa
May. 6th, 2011 01:15 pm (UTC)
Очень рада слышать)
0suricat0
May. 15th, 2011 02:39 pm (UTC)
Здравствуй, Аида!:)
Если бы не знал, что это писала ты, никогда бы не догадался! Ты становишься настоящим профессионалом! Очень хороший текст!:)
Особенно приятно было найти упоминание о себе!:))
Не останавливайся на достигнутом!:)
serebryakovaa
May. 17th, 2011 10:16 am (UTC)
Здравствуй, Андрей!

Спасибо за добрые слова. Приятно слышать.

Я уверена, Квейк в далеком будущем непременно стал бы читать твой журнал)
( 28 comments — Leave a comment )

Profile

профиль
serebryakovaa
Серебрякова Аида

Latest Month

November 2017
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  

Tags

Powered by LiveJournal.com